» » Александр Мозговой: разумное возвращение

Александр Мозговой: разумное возвращение

10 сентябрь 2016 09:00 | 17 385 |
Александр Мозговой: разумное возвращение

Александр Мозговой: разумное возвращение


Возвращенцы… С недавних пор в лексиконе жителей Донбасса это слово употребляется все чаще. Наверное, нет нужды объяснять, в каком контексте оно сейчас звучит из наших уст. Одни это слово употребляют с такой интонацией, будто вешают на человека ярлык. Другие ‒ с сочувствием, болью, состраданием, пониманием.

Споры до хрипоты

Ведь, если разобраться, покинуть родной дом людей вынудили разные обстоятельства. Кто-то, заблаговременно упаковав чемоданы, ведомый своими идеологическими мотивами, устремился в поисках счастья в места, откуда любить Родину им будет комфортнее. Другие, увлекаемые немыслимыми карьерными перспективами, также укатили куда подальше от взрывов, разрушений и лишений. Третьи были уверены, что все скоро мало-мальски разрешиться, нужно только перетерпеть это время у гостеприимных (кому как повезло) родственников.

Перечислять обстоятельства, вынудившие людей покинуть свои дома, можно до бесконечности долго, их вариаций и хитросплетений хватит на добротный справочный том. И каждому из них найдется неоспоримое, разумное объяснение. «Моя квартира полностью разрушена!», «Как мы могли оставить своих детей в этом ужасе?!» – скажут многие из тех, кто выехал из обстреливаемых городов. Вряд ли кто-то кого-то упрекнул в том, что ему пришлось покинуть зону боевых действий. Человек принимал решение в определенной обстановке и именно его считал абсолютно верным в тот момент. Словом, спорить об этом можно до хрипоты. И, что самое интересное, по большому счету никто ни от кого объяснений по этому поводу не требует.

Обороты майданного маховика

Но все же бывают исключения. Взять, к примеру, Александра Мозгового, журналиста, ведущего Первого республиканского телеканала. Он, дончанин, уехал в Киев в 2011 году, задолго до известных событий. Причина отъезда вполне себе объяснимая: один из донецких телеканалов расширял штат своего представительства в столице, и ему предложили туда перебраться. На тот момент мало кто мог подумать, что события пойдут по такому жуткому сценарию, по которому разыгрываются сейчас. И, когда майданный маховик набирал свои обороты с новой и новой силой, дончанину пребывать в той атмосфере было, мягко говоря, не вполне комфортно.

Представьте: по городу бегают непонятные компании, вооруженные дубинками и всякой дрянью, кричат не пойми какую ересь… – вспоминает Александр. – О каком комфорте можно говорить? Тогда приходилось все это наблюдать, быть невольным свидетелем всей той сумятицы. С самого начала это все попахивало чем-то искусственным, ненастоящим.

Потом, когда события в Донбассе начали разгораться, пришло понимание того, что все намного серьезнее, чем можно было предположить.

Разговоры о происходящем принимали все более серьезный характер, – продолжает Александр. – Беседы с женой, посиделки с друзьями на кухне… О многом говорили, спорили, доказывали, рвали – в буквальном смысле этого слова – рубашки на груди. В итоге на сегодняшний день я один из той кухонной, посиделочной компании вернулся в Донецк.

От бывших работодателей не скрывали своих дальнейших планов?

Думаю, все было и так понятно. Я ничего не скрывал. Честно сказал, что намерен вернуться в Донецк. Думаю, что мое решение негативно сказалось на телеканале, каким-то образом ударило по его имиджу. Неспроста, как только я сообщил о скором переезде, меня тут же убрали из эфира. Как бы отправили в отпуск, перетекающий в увольнение. Это время я провел дома, практически никуда не выходил, мало с кем общался.

Ваше появление в Донецке в октябре 2015 года воспринялось некоторыми коллегами не вполне однозначно. На вас тогда обрушилась лавина критики и, мягко говоря, негодования. Кем вас только не называли. Были ли вы готовы к такому накату?

Откровенно говоря, к такому я не был готов. Особенно было досадно оттого, что этот накат проистекает от людей, которые находились здесь, в Донецке. Критику и осуждение с той стороны, конечно же, был готов воспринимать как данность. А вот получить такую приличную порцию негатива от дончан никак не рассчитывал. Да, признаюсь, было нелегко это все переживать, было невероятно обидно. Но все уже позади. Я даже мысленно пытался ставить себя на место тех, кто меня критиковал. И признаюсь, что не знаю, как бы сам поступил, окажись в такой ситуации. С некоторыми коллегами, которые меня порицали, объяснялся при личной встрече, в итоге жали друг другу руки, и все недомолвки между нами исчезали.

Но ведь основная масса людей восприняла ваше решение вернуться положительно?

В большей части да. Приятно, что на улице прохожие меня узнают, жмут руку. Значит, мое решение оказалось правильным. А та деструкция, устроенная мне отдельными личностями, – дело прошлое. Видимо, этому суждено было случиться.

Долгосрочная киевская командировка

Помнится, вы в соцсетях писали заметки, поясняющие ситуацию.

Да, было такое. Буду откровенен: люди меня поймали на том, что у меня, скажем так, короткая долгосрочная память. Я посчитал нужным пояснить сложившуюся обстановку. Кто-то понял, кто-то нет. На самом деле у меня очень много работы, и особо обращать внимание на эти передряги у меня нет времени.

Каково было вернуться из относительно мирного Киева в воюющий Донецк?

Абсолютно нормально. Ведь я сюда иногда наведывался и был знаком с обстановкой. Здесь, в Донбассе, живут все мои родственники, друзья, поэтому в Киеве меня ничего не удерживало.

А как же работа?

С самого начала нашего переезда в Киев мы с супругой воспринимали присутствие там как долгосрочную командировку. Не более того. Порой, правда, возникали мысли купить в Киеве квартиру в кредит. Зарплата позволяла это сделать. Предлагал жене продать донецкую квартиру. Но она была категорически против этого. И, как видите, оказалась права. Коль уж заговорил о жене, то у нее тоже не было причин находиться в Киеве. То, что сердце рвалось домой, – это понятно. Но с началом майданных событий у нее исчезла работа. Моя жена архитектор, и, когда полыхнули эти события, к ним в мастерскую перестали поступать заказы. То есть период созидания в стране закончился, на смену ему пришло время разрушений.

Каково было перестраиваться на несколько иной уровень с профессиональной точки зрения?

Вполне нормально. На Первый республиканский я переходил намеренно. Для меня это место знаковое. Именно с этого адреса, улица Куйбышева, 61, началась моя трудовая деятельность в СМИ. Было это в конце 1990-х. А что касается несколько иных условий труда и его оплаты, то никаких проблем для себя в этом не вижу. Не за деньгами возвращался и не за комфортом. Для меня важно быть причастным к созданию нового государства.

Газета «Донецкое время», 7 сентября 2016, № 35 (49)

Евгений МИТИН. Фото Павла НЫРКОВА

Газета «Донецкое время» выходит по средам. 32 полосы с телепрограммой. Реализуется во всех точках розничной продажи прессы и супермаркетах «Первый Республиканский» на территории Донецкой Народной Республики. Подписной индекс – 28036. Подписку на газету «Донецкое время» можно оформить во всех отделениях связи ДНР.








Комментарии


Мобильная версия сайта


ВКОНТАКТЕ


FACEBOOK


ОДНОКЛАССНИКИ


ТВИТТЕР


ТЕЛЕГРАМ
DNR_NEWS_COM... пользователей