» » Ко Дню освобождения Донбасса: Операция «Скачок» (завершение)

Ко Дню освобождения Донбасса: Операция «Скачок» (завершение)

02 март 2018 12:55 | 3 743 |
Ко Дню освобождения Донбасса: Операция «Скачок» (завершение)

Ко Дню освобождения Донбасса: Операция «Скачок» (завершение)


Предлагаем вниманию читателей «Донецкого времени» заключительную часть публикаций, посвященных операции «Скачок». Во время нее, пусть не вполне успешной, но от этого не менее важной, жители оккупированного фашистами Донбасса утвердились в своей вере в то, что пройдет какое-то время и родной край будет освобожден.

Стреляли во все живое

За десять дней боев Красноармейск превратился в маленький Сталинград, настолько сильно были разрушены большинство его улиц. В конце февраля 1943 года пережил второе фашистское нашествие. И было оно куда ужаснее первого, в октябре 1941-го. «Эсэсовские части ходили по домам и расстреливали всех обнаруженных в квартирах мужчин, женщин и детей, – писал в докладной на имя начальника УНКВД по Сталинской области капитан милиции Тукалов в сентябре 1943-го (этот документ хранится в Республиканском государственном архиве. – Прим. авт.). – За то, что они при изгнании оккупантов из Красноармейска в феврале с оружием в руках выступили против них. Так расстреляли 5 200 человек, которые были похоронены населением. В феврале – марте СС, СД и полиция арестовали 1 700 человек – коммунистов, комсомольцев и других активистов, многих повесили на балконах Дворца культуры, железнодорожных домов и телеграфных столбах».

Зверства, чинимые эсесовцами, были ужасными. Стреляли во все живое: в человека, кошку, собаку. Мужчин тогда в городе почти не осталось, многие сражались на фронте, другие ушли с кантемировцами, лишь старики, женщины и дети прятались в уцелевших домах.

На первых улицах фашисты забрасывали их гранатами, косили всех из пулеметов и автоматов. Моя мама вспоминала, что в одном из таких домов женщина не успела унести с собой с погреб спящего годовалого ребенка. А когда вернулась после облавы, сошла с ума от ужаса: крохотное тельце было исколото штыками, глазки выколоты, ушки отрезаны. В другом месте потехи ради эсэсовец бросил гранату в подвал и захлопнул люк. Там в это время прятались три семьи.

Улицы в городе почти все носили революционные, «крамольные» названия: имени Коминтерна, Куйбышева, Фрунзе, Карла Маркса, Спартака, Партизанская, Первомайская. И это вызывало особую злобу у оккупантов.

Подросток Гриша Иваницкий выбежал из дома закрыть ставни, чтобы осколки и пули в комнату не залетали. Раздался выстрел, и он, сраженный в голову, упал под окном своего дома. Каратели расстреляли в саду стариков-соседей Канивца и Фирсова, несовершеннолетнего сына Канивца Виктора. В панике люди выскакивали из домов и бежали в овраг в конце улицы, а там их встречал вражеский пулемет. На улице им. 20-летия Октября местный, обрусевший немец прятал в подвале около 40 человек. Узнав об этом, каратели вывели из подвала того старика, и всех, кого он укрывал, расстреляли. Расправа была страшной, почти в каждом дворе лежали трупы мирных граждан и погибших красноармейцев, на снегу алели лужи застывшей крови. Особенно много погибло детей – выглянет случайно любопытный мальчишка из окна или двери, тотчас же следует автоматная очередь. На глазах матерей изверги застрелили Ваню Бабенко, Петю Любимова, Аркадия Темника, многих других школьников. Чудом остались живы Витя Винниченко – он споткнулся и упал, пули пролетели над ним – и Галя Подопригора, хотя ее немцы поднимали и стреляли в упор, но девочка выжила. Горе и смерть поселились в каждом доме, эсэсовцы не щадили никого, жилища вместе с людьми забрасывали гранатами, расстреливали из танков.

В Красноармейском историческом музее хранится документ, потрясший меня до глубины души, – «Список граждан квартала № 4, убитых, замученных и расстрелянных немецко-фашистскими захватчиками». Среди многих там есть и дорогие моему сердцу имена моих дедов: участника русско-японской и Первой мировой войн, дважды георгиевского кавалера Семена Фомича Вовенко и Тимофея Павловича Шевченко, дяди Егора Семеновича Вовенко и двоюродного брата Дмитрия Рыбалко, соседей Семена Геды, Ивана и Евгения Гнилицких, Феодосия и Виктора Достатних, Леонтия Кошмана, отца и сына Переясловых, Ефима Сачуры, матери и троих малолетних детей Шер. И еще многих других невинно убиенных моих земляков – украинцев, русских, евреев, чехов. Пусть будет им, как и всем воинам-кантемировцам, сражавшимся и погибшим за освобождение Донбасса, вечная память и вечный покой.

Упущенная победа

Между тем поправки в первоначальный план уже после первой недели операции «Скачок» просто необходимо было внести. Ведь, несмотря на прорыв первой линии обороны противника (по Красной реке) и второй (по Северскому Донцу), взятие мощных узлов обороны в Сватово, Кременном, Купянске, Красном Лимане и окружение некоторых дивизий вермахта, советские войска встретили сильное сопротивление в районе Артемовска, Лисичанска и Славянска, понесли большие потери. Уже тогда стало ясно, что быстрого захвата Донбасса не будет, для окружения и разгрома донбасской группировки врага нужно срочно подтягивать резервы. А их-то как раз и не было. Однако командование фронта проигнорировало этот тревожный сигнал.

Направленный в помощь кантемировцам 10-й танковый корпус задержался и прибыл, когда подразделения 4-го гвардейского Кантемировского были раздроблены, частично выбиты из Красноармейска, а частично уничтожены. Вместе они заняли оборону севернее и северо-западнее города и там остановили противника. Созданная для деблокирования ударная группа полковника Г. Андрющенко атаковала 7-ю танковую дивизию и мотодивизию СС «Викинг», заняла северную и северо-восточную части города. Увы, ненадолго – немцы окружили наши поредевшие части и ударили в тыл. М. М. Попов направил командующему фронтом предложение об отступлении из Красноармейска, чтобы вывести уцелевшие подразделения из окружения, но тщетно – снова последовал приказ наступать на Сталино. К 20 февраля части 4-го и 10-го танковых корпусов были расчленены превосходящими силами противника и частично выбиты из города. Отступая, они пытались зацепиться в селе Доброполье и на подступах к одноименной станции, однако немцы вытеснили остатки группы Попова и оттуда. И только после этого последовал запоздалый приказ вывести 4-й гвардейский танковый корпус из боя. В ночь на 23 февраля остатки разбитой группы прорвали вражеское окружение и вышли в расположение 1-й гвардейской армии в районе Прелесного.

И все же, несмотря на всю горечь поражения, у операции «Скачок» были и положительные моменты. Перерезав коммуникации в тылу противника, кантемировцы во многом облегчили задачу по освобождению Ворошиловграда и юга Ворошиловградской области. А население всего Донбасса осознало: освобождение родного края не за горами.

Газета «Донецкое время», 28 февраля 2018, № 8 (124)

Виктор ВОВЕНКО. Фото из архива автора

Газета «Донецкое время» выходит по средам. 32 полосы с телепрограммой. Реализуется во всех точках розничной продажи прессы и супермаркетах «Первый Республиканский» на территории Донецкой Народной Республики. Подписной индекс – 28036. Подписку на газету «Донецкое время» можно оформить во всех отделениях связи ДНР.

Ко Дню освобождения Донбасса: Операция «Скачок» (завершение)


Ко Дню освобождения Донбасса: Операция «Скачок» (завершение)









Комментарии


Мобильная версия сайта
ВКОНТАКТЕ


FACEBOOK


ОДНОКЛАССНИКИ


ТВИТЫ


GOOGLE+